Мораль рассказа

Козу зарезал мой сосед,

Он задал пир на диво,

И первым я на тот обед

Был приглашен учтиво.

Сосед умен, приятен, мил.

Он так хорош со мною...

Я, видно, зря его винил, —

Я сам всему виною.

Беда, коль ближнему сосед

Не скажет слова толком,

Из пустяка плетет навет,

На друга смотрит волком.

Я подозренья заглушу,

Конец вражде и злости!

Сниму капусту — приглашу

К себе соседа в гости.

Ноябрь 1943


СЛУЧАЕТСЯ ПОРОЙ

Порой душа бывает так тверда,

Что поразить ее ничто не может.

Пусть ветер смерти холоднее льда,

Он лепестков души не потревожит.

Улыбкой гордою опять сияет взгляд.

И, суету мирскую забывая,

Я вновь хочу, не ведая преград,

Писать, писать, писать, не уставая.

Пускай мои минуты сочтены,

Пусть ждет меня палач и вырыта могила,

Я ко всему готов. Но мне еще нужны

Бумага белая и черные чернила!

Ноябрь 1943


КАМЕННЫЙ МЕШОК

Цепи каменного мешка

Рви скорей, или смерть близка!

А не сможешь уйти отсюда,

Так погибнешь наверняка!

Запихнули тебя в мешок,

Стерегут, чтоб сбежать не смог,

И лишь очередь поджидают,

Чтоб смолоть тебя в порошок.

Мелет мельница все быстрей,

Ветер крылья вращает ей,

А ее жернова стальные

Мелют груды людских костей.

Мельник зол, криклив, низколоб,

Не мука — кровь стекает в гроб.

Этой крови все больше хочет

Падишах — исполинский клоп.

Хватит мельнице кости дробить,

Хватит ветру крылья крутить!

Дорогую для нашей Отчизны,

Хватит кровь понапрасну лить!

Развяжите мешок тюрьмы!

Развалите мельницу тьмы!

Штык вонзите в брюхо тирану,

С падишахом покончим мы!

Ноябрь 1943 г.


ПАЛАЧУ

Не преклоню колен, палач, перед тобою,

Хотя я узник твой, я раб в тюрьме твоей.

Придет мой час — умру. Но знай: умру я стоя,

Хотя ты голову отрубишь мне, злодей,

Увы, не тысячу, а только сто в сраженье

Я уничтожить смог подобных палачей.

За это, возвратясь, я попрошу прощенья,

Колена преклонив, у родины моей.

Ноябрь 1943


ЦВЕТЫ

Ребята, на луга быстрей,

Играйте, смейтесь в сочных травах!

Развеселите матерей,

Развейте боль свою в забавах!

Цветы повсюду разрослись,

Душисты, ярки, сердцу любы.

Пылает мак, блестит нарцисс,

Они свежи, как ваши губы.

Они под солнцем расцвели,

Их нежит ветер на рассвете, —

То нашей матери-земли

Любимые, родные дети.

Война была в родном краю,

Пожары были и метели.

Горели воины в бою,

Деревни, города горели.

Была за родину война,

Земля взрастила нас борцами,

И та земля напоена

И кровью нашей, и слезами.

В крови, в слезах мы шли вперед,

И победило наше дело.

Весна пришла, весна цветет

И землю в пышный цвет одела.

И в сердце раненом земли

Победы вижу я цветенье,

В цветах услышать мы смогли

Родной земли сердцебиенье.

Цветы земли, цветы весны, —

Резвитесь, дети, смейтесь, дети!

Вы — счастье, торжество страны

И вести о ее расцвете.

Быть может, брат ваш иль отец

Погиб во имя вашей воли,

Но вспоминал о вас боец

В последний миг на ратном поле.

Ласкайте вы цветы нежней,



Дышите, дети, вешней новью, —

Дарит вам радость мирных дней

Земля, напитанная кровью.

Вы — дети матери-земли,

Вам доля трудная досталась,

На той земле вы расцвели,

Что нашей кровью пропиталась.

О, как нам дорог ваш расцвет!

Как вами родина гордится!

Грядущих лет мы видим свет,

Когда глядим на ваши лица.

Цветите каждый день и час,

Мы вас приветствуем сердечно

Свободу гордую для вас

Завоевали мы навечно.

9 ноября 1943


СИЛА ДЖИГИТА

Всем сердцем соколиным, всей душой

Дав клятву верности народу,

Он на плечо повесил автомат,

Сел на коня, готов к походу.

И там, где он прошел, был ворог смят —

Валились пушки, танки тлели.

Откуда эта сила и огонь

В его как будто слабом теле?

Как знамя, верность родине подняв,

Джигит прошел огонь и воду, —

Не автоматом, не конем силен,

А клятвою своей народу.

19 ноября 1943


НЕ ВЕРЬ !

Коль обо мне тебе весть принесут,

Скажут: «Устал он, отстал он, упал». —

Не верь, дорогая! Слово такое

Не скажут друзья, если верят в меня.

Кровью со знамени клятва зовет:

Силу дает мне, движет вперед.

Так вправе ли я устать и отстать?

Так вправе ли я упасть и не встать?

Коль обо мне тебе весть принесут,

Скажут: «Изменник он! Родину предал»,—

Не верь, дорогая! Слово такое

Не скажут друзья, если любят меня.

Я взял автомат и пошел воевать,

В бой за тебя и за родину-мать.

Тебе изменить? И отчизне моей?

Да что же останется в жизни моей?

Коль обо мне тебе весть принесут,

Скажут: «Погиб он. Муса уже мертвый», —

Не верь, дорогая! Слово такое

Не скажут друзья, если любят тебя.

Холодное тело засыплет земля, —

Песнь огневую засыпать нельзя!

Умри, побеждая, и кто тебя мертвым

Посмеет назвать, если был ты борцом!

20 ноября 1943


ВОДОВОРОТ

Купалась девушка при лунном свете —

Совсем одна, средь быстрых волн речных,

То плавным лебедем скользила в струях,

То резвой рыбкой исчезала в них.

Вились колечки серебристой пены —

Спешили гибкий стан ее облечь,

Как черный шелк, расшитый жемчугами,

Густые волосы спадали с плеч.

Блестела кожа мраморным отливом.

Игривый смех носился вдоль реки.

Соперницей луны тайком любуясь,

Застыли ивы, стихли тростники.

Но слишком далеко, с волной играя,

Она, увлекшись, заплыла... И вот

Схватил ее и жадно, с грозным шумом

Стал втягивать тугой водоворот.

— Тону! Спасите! — руки простирая,

Она взывала... И на помощь ей

Случайный путник — юноша, зашедший

В рыбачий домик,— бросился скорей.

В поток нырнул джигит,

Из черной глуби

Ей к берегу помог добраться он,

Девичий стан увидел в блеске лунном,

В лицо взглянул — и замер, восхищен!

* * *

Зачем в глаза с улыбкой ты взглянула —

Мне душу этот взор прожег огнем,

Зачем меня в водоворот безумья

Ты увлекла — и потопила в нем?

Все я забыл в потоке этой страсти:

Печаль и радость, дружбу и вражду,—

И впрямь русалкой, гибкой и коварной,

Ты оказалась на мою беду!

А помнишь ли, когда сама тонула,

Я руку протянул тебе — и спас!

Сказала ты «спасибо» мне, но душу

Стрелой пронзила своенравных глаз.

Теперь и я тону... Подай же руку,

Хоть искру милосердья прояви:

Спаси, спаси влюбленного —он гибнет

В водовороте колдовской любви!

Ноябрь 1943


ДВУЛИЧНОМУ

Пускай моя одежда в ста заплатах,

Но нет в душе прорех и нет заплат.

А ты в нарядах щеголя богатых,—

Душа твоя залатана стократ.

28 ноября 1943 г.


1549178200265223.html
1549220466991204.html
    PR.RU™